Записки из Берлина: Ключи от Европы – у Франции?

11.07.13 11:17
Записки из Берлина: Ключи от Европы – у Франции? В июле большинство немцев больше думают о пляже, чем о грядущих выборах. Однако глаза за пределами Германии по-прежнему зорко следят за новым европейским гегемоном – Берлином, в ожидании политических перемен, которые обязательно последуют за сентябрьскими выборами.
Те слои немцев, которые беспокоятся о будущем Европы, могут утверждать, что ключи интеграции Европы лежат скорее в Париже, чем в Берлине. Франко-немецкое собрание, прошедшее в эти выходные, принесло две новости – хорошую и плохую. Хорошая новость – в мероприятии приняло участие много молодежи, которая представляет собой новое поколение франко-немецких отношений; плохая новость – большинство из этих молодых людей беспокоило не только ухудшение отношений Парижа и Берлина, но и способность Франции проводить экономические реформы и ее способность вести соответственные широкие обсуждения французских целей в составе ЕС. Можно утверждать, что после французского «нет» на конституционном референдуме в 2005 году Франция приостановила рассуждения относительно развития Европы.

Эксперт Улрайк Герот уверен, что отношения между Францией и Германией не всегда были в розовом цвете: даже в так называемые славные времена Гельмута Коля и Франсуа Миттерана в ранних 90-х, и когда ковалось евро, скорее была «война семи годов», как выразились Паскаль Рич и Эрик Ишманн. Франция и Германии всегда делали работу в Европе под давлением – вопрос в том, получится ли у них на этот раз, и «этот раз» - это выборы в Германии. Ходят слухи, что основные франко-германские инициативы по углублению интеграции еврозоны можно ожидать поль грядущих выборов, причем более-менее независимо от самих результатов выборов. И похоже, еще никто не знает, являются ли станут ли эти слухи продолжением мысли!

Последнее заседание Совета Европы, состоявшееся 28 июня, дало некоторые хорошие результаты по Единому механизму принятия решений (Single Resolution Mechanism (SRM)) в процесс создания банковского союза. Однако европейские правительства не смогли закрыть тему Экономического и валютного союза (Economic and Monetary Union (EMU)) и отступили от предыдущих, более амбициозных планов. Как и в декабре 2012 года и в марте 2013 года, лидеры ЕС не смоги достичь запланированных результатов и не сделали какого-либо значительного прогресса по основным четырем составляющим настоящего Экономического и валютного союза.

На июнь совет ЕС изначально запланировал закончить с «дорожной картой» по четырем пунктам: предварительная координация основных национальных экономических реформ; социальная сторона EMU, в том числе социальный диалог; возможность заключения взаимно согласованных контрактов для обеспечения конкурентоспособности и роста; «механизмы солидарности» для повышения эффективности усилий, предпринимаемых членами, которые подпишут итоговое соглашение.

Однако, результаты опять расплывчаты. Лидеры ЕС говорили, что они посмотрят на индикаторы и политику, примут их во внимание в работе по укреплению координации экономической политике… в октябре.

Вскоре Франции и Германии нужно будет принимать участие в этих процессах, и их решимость продвигать эти темы после выборов, особенно в рамках еврогруппы, будет означать многое!

Достаточно интересным (и даже неожиданным) является то, что Франция и Германия продвинулась по этой теме в май, опубликовав совместно заявление. Это случилось после жесткого (чуть ли смертельного) франко-германского спора относительно того, как руководить еврозоной: франция гворила пор внутренний спрос и минимальные зарплаты, а Германия говорила о конкурентоспособности и росте. Примечательно, однако, то, что Комиссия ЕС упоминалась в этом заявлении только единожды. Подтекст был в том, что дальнейшая интеграция еврозоны может обрести разные институциональные формы. Однако незадолго до выхода заявления, Франсуа Олланд 16 мая сделал предложение о политическом союзе.

И хотя в этом предложении не уточнялось, что будет означать этот политический союз, сам по себе этот факт значительный. Впервые за все время это предложение означало, что Франция реагировала на немецкую идею о преобразовании европейской парламентской системы на двухпалатную. И здесь мы подходим к самой сути.

Жесткая реакция президента Франции Олланда на рекомендации, данные каждой стране Комиссией ЕС в мае, отразила границы европейской экономической интеграции в рамках существующей системы. Указания не могут идти от Брюсселя; должна быть найдена иная база законности, особенно для экономических реформ, разработанных в ЕС. В ярости Олланд отметил, что Брюссель «не имеет права диктовать, что нам делать. [...] Относительно структурных реформ, особенно пенсионных реформ, мы и только мы можем сказать, что для нас является правильным путем в достижении целей.» Эти замечания были в основном направлены на французских избирателей, которые стали более скептически относится к ЕС и тай части электората, которая все больше склоняется а популистической анти-ЕС/анти-евро риторике ультраправой партии Национальный фронт под руководством Марин Ле Пен. Однако публичный взрыв Олланда и ясное заявление канцлера Меркель в ее недавнем интервью для Der Spiegel, о том, что она не считает необходимым в дальнейшем передавать полномочия ЕС/Комиссии, показывают пределы интеграции и реальные препятствия на пути к подлинному EMU.

Франции и Германии нужно стать лидерами, чтобы преодолеть эти препятствия: если передача еще больших полномочий в ЕС/Комиссию не является решением и «указания» из Брюсселя не подходят, то Франция и Германия должны проложить путь к новой системе парламентской подотчетности в рамках еврозоны – основе законности для управления увеличившегося бюджета и нового механизма солидарности. Это было бы настоящим прорывом в критический период после выборов в Германии!


Источник перевода
Опубликовать
КОММЕНТАРИИ
РЕКЛАМА